leolion_1 (leolion_1) wrote,
leolion_1
leolion_1

Андрей Бабицкий. Донецк развлекающийся.

Оригинал взят у anna_scherer в Андрей Бабицкий. Донецк развлекающийся.
Основным развлечением жителей Донецка в течение всего периода боевых действий являлась своеобразная игра в «Отгадайку», пишет российский журналист Андрей Бабицкий.

По звукам разрывов или выстрелов следовало определить, что это было – входящий или исходящий, откуда прилетело, куда улетело, как близко от твоего дома произошло попадание, какой калибр, мина или ствольная артиллерия. Для обитателей центра города или удаленной от мест боев его части разгадывание этих головоломок имело главным образом теоретическое значение, те же, кто жил в обстреливаемых районах, примыкающих к линии соприкосновения, вслушивались в грохот орудий, исходя из сугубо практического интереса – если снаряды начинали падать слишком близко, следовало перебираться в подвал, где можно было переждать обстрел.

Кстати, после длившегося два месяца затишья дуэли, похоже, вновь возобновились, хотя своей интенсивностью они сильно уступают тем, которые велись с лета прошлого года по конец августа нынешнего. Да и стреляют теперь из тяжелого стрелкового и легких минометов. Крупных калибров не слышно. Сейчас это называется – «эхо минских соглашений».

Искусство и человек

Но список развлечений дончан не сводился исключительно к перебору видов вооружений и анализу их ежедневной работы. Город даже в период самых тяжелых обстрелов отчаянно пытался сохранить то, что привык культивировать и чем гордился в своем довоенном бытовании – многообразием культурной жизни. Я помню, какие смешанные и странные чувства испытал, когда зимой побывал на джазовом фестивале в Донецкой филармонии. В коротких перерывах, когда заканчивала играть одна группа и конферансье представлял следующую, с улицы явственно доносилось грохотание разрывов. Но для горожан это было уже привычным фоном, они не нервничали, поскольку в центре снаряды ложились редко. Я бывал в филармонии еще пару раз, свободных мест в зале фактически не было.

Война, как ни парадоксально, создает особое напряжение между искусством и человеком. Прекрасное становится абсолютным антонимом войны, символом ее отмены. Именно это обстоятельство обеспечивало постоянные аншлаги и другим театральным подмосткам Донецка – оперному и драматическому театрам, консерватории. Все продолжали работать.

Главный дирижер филармонии Александр Долинский говорил мне, что и для артистов крайне важно ощущение неизменности их мира, сохранения, казалось бы, неуместного во время войны разлета музыкальных жанров от высоких до легкомысленных.

Несколько кинотеатров, также державших свои двери открытыми, всю войну крутили ленты, завозившиеся с украинской стороны. Они шли на украинском языке. Я заглянул как-то в кинотеатр им. Шевченко на улице Артема на какую-то картину, снятую в 3д формате. В очках смотреть было неудобно, и я ушел с половины фильма. Но ощущение было незабываемым и очень позитивным: мова в пустом городе, сотрясаемом разрывами, в кинотеатре, который носит имя украинского поэта, звучала предельно выразительно.  Русский язык, отстаивавший в Донецке право на полноту своего существования, был совершенно лоялен к своему украинскому побратиму. Сейчас (не потому, что кто-то запретил, а из-за блокады) новые ленты в Донецк привозят из России. Город все больше врастает в одноязычие.

Хотя ни на день не закрывалось расположенное также в самом центре модное украинское кафе «Львовская мастерская шоколада», где обслуживающий персонал носит национальные украинские одежды и говорит с посетителями строго на украинском. Дончане, кстати, гордятся этим заведением, как символом толерантности. Туда в первую очередь ведут гостей из России. Мест в шоколадной мастерской обычно не бывает.

Рестораны

Рестораны – главным образом те, что в центре – по Артема, на бульваре Пушкина и прилегающих улицах если частично и закрывались зимою, то сегодня все они (по крайней мере, так кажется) открыты и стоят, подмигивая огоньками рекламы или привлекая внимание каким-нибудь полностью восстановленным ретро-красавцем – автомобилем 40-х или 50-х, охраняющим входные двери.  Выбор заведений огромный, но закрываются они строго в 10 вечера – за час до наступления комендантского часа. Если еще полгода назад его режим тихонько, а то и открыто игнорировали, то сегодня такое невозможно. Если где-то финальный звонок не прозвучал в урочное время, к нарушителям с высокой степенью вероятности явится СОБР, и им придется заплатить гигантский штраф. Одно из наиболее посещаемых мест в центре – ресторан «Пирамида». Столик здесь всегда надо заказывать заранее. Его популярность объясняется тем, что именно здесь предпочитают проводить время представители новой элиты – околопервые люди города.

Чеченцы и ночные клубы

Ночная жизнь Донецка прекратила свое существование еще зимой. В марте секретарь Совета безопасности Александр Ходаковский закрыл скандально известный ночной клуб «Дом синоптиков», бывший в течение нескольких месяцев жуткой головной болью военной комендатуры города. Ночами в «Доме» не просто стоял дым коромыслом, как в любом ночном клубе, там происходили дела куда более серьезные. Танцпол заведения оккупировали ополченцы – люди с оружием. Наиболее скандальными из них, провоцировавшими драки и выяснение отношений со стрельбою, были чеченцы. Дело дошло до того, что кого-то застрелили. Именно это и послужило причиной того, что Ходаковский прихлопнул лавочку. Чеченцы перебрались в пивной ресторан «Бирстаун» в Пролетарском районе, где через некоторое время снова кого-то убили. Иначе, видимо, ну никак не выходило.  Весной чеченских ополченцев «проводили» из Донбасса на родину, тех, которые не хотели уезжать, разоружали силой, кто-то «уехал» «на подвал», кто-то был депортирован. Сейчас в Донецке уже не слышно звуков чеченской речи.

Последний танцевальный клуб, утративший статус «ночного», поскольку закрывался, как и все рестораны города в 10 вечера, — «Седьмое небо» — закрылся буквально 2 недели назад. Теперь единственное заведение города, работающее в ночное время, — это паб в гостинице «Централь», обслуживающий главным образом постояльцев.

Спа-салоны, салоны красоты, фитнесс-центры – этого добра в Донецке на каждом углу. Большинство из них открыто, но я не знаю, ходят ли туда люди также активно, как и до войны. Мне кажется, едва ли. Приоритеты сильно поменялись – атрибуты богатой жизни утратили прежнюю цену, поскольку смерть, хорошо прогулявшаяся по городу и окрестностям, лишила смысла всякую видимость, в том числе, и некогда считавшееся статусным времяпровождение.

Открыты и работают бассейны в разных районах города. Мой приятель, который по выходным водит купаться детей в один из них, говорил мне, что сейчас количество посетителей ничем не отличается от довоенного. А еще летом местное начальство открыло ледовый дворец с искусственным льдом.

С началом боевых действий навсегда замолкли трибуны самого большого в Европе (как говорят) футбольного стадиона, построенного донецким олигархом Ринатом Ахметовым. Сейчас его помещения выполняют роль склада, где хранится гуманитарная помощь ахмедовского фонда «Поможем».

Ну а все казино были закрыты в Донбассе еще до войны. Так что и говорить не о чем.

Источник


Tags: другой мир
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments