leolion_1 (leolion_1) wrote,
leolion_1
leolion_1

Categories:

Эпистолярное

Я взяла некоторую паузу на то, чтобы обдумать, что делать дальше, и для себя (это означает, что я никого не агитирую, если специально не оговорено иное) кое-что решила, прежде всего, касательно писем.

1. Я больше не буду подписывать коллективные письма Совфеду и, тем более, лично Путину. Независимо от содержания, тут важен именно адресат. Я подписала достаточно писем с выражением отношения научного сообщества к происходящему, и, на мой взгляд, они были уместны до принятия закона Думой. Я могла апеллировать к Думе, поскольку депутаты избираемы народом хотя бы условно.
Но теперь писать и просить у людей, которые не вменяют себе в обязанность даже формально обращать на это внимание, то есть, совершать заведомо униженное действие, которое будет именно так и воспринято и проигнорировано самым унизительным же образом...Это я не могу, я для этого не имею достаточно смирения и внутренней силы, как Захаров, и я - не он.

Я никогда не находилась в отношениях с властью, которые обязывали бы меня сверх того, что написано в моем трудовом договоре.
Не хотите, чтобы я работала на вас, делаете условия работы неприемлемыми? Воля ваша, это вы меня нанимаете, не я вас. А я, сообразно, или нанимаюсь на эти условия, или нет, уговаривать я никого не собираюсь. Если правительство хочет иметь пять суперзвезд для отчетности и больше ничего и никого, это его дело. Но если оно захочет кого-то еще, вроде меня, это ему теперь придется потрудиться, чтобы убедить меня принять его условия, и никак не vice versa.
С этим все.

2. Помимо личного есть еще и общественное, включая опасения за доступность научного знания как такового на этой Богом явно забытой территории.
Я  уверена, что письма Путину в этом отношении ничего не дадут.
Что даст, так это письма международному сообществу. Научное наследие России достаточно значимо, чтобы быть частью мирового научного достояния, большой или малой - не так уж важно, и оно подпадает под действие корпоративной солидарности, по крайней мере, должно .
Кроме того, проделанное нашими властями - плохой пример для властей любой страны, независимо от ее общественного устройства.

Что мы должны сделать, сообща или по одиночке, так это составить внятные письма, в которых четко и ясно изложить содержание принятого закона - а то, вон, даже в Натуре его неверно излагают, а Гельфанд и там умудряется усаживаться на два стула и делать вид, будто самое плохое, что в этом законе есть, это переходный период смены вывески. Прежде всего, нужно объяснить,  что бюрократия законодательно получила контроль над содержанием научных исследований. Это та опасность, то неприемлемое условие, которое понимает любой наш коллега в любой точке мира. Все понимают, что это означает для науки как таковой.

И, на мой взгляд, мы должны просить международное сообщество проявить встречную активность и помочь нам с экспертной поддержкой. Нам нужно, чтобы сообщество писало письма нашим властям о недопустимости чиновничьей оценки российской науки без собственно научной экспертизы. Если группы ученых, уважаемых на западе, будут писать Ливанову и Медведеву с предложением своих бесплатных услуг как компетентных экспертов, правительству будет довольно трудно их послать без всяких объяснений, особенно, если таких предложений будет много.
Без такой поддержки всего научного сообщества мы не выстоим даже десятой частью, я в этом уверена, только такой способ позволит сохранить хотя бы часть выплескиваемых детей. Да, у этого пути есть свои опасности и подводные камни, далеко не все в тамошней науке честны, белы и пушисты, но другого способа я не вижу.

Поэтому я лично на следующей неделе буду писать профессору, с которым я сотрудничаю, из университета Регенсбурга с просьбой распространить письмо как можно шире по немецкому химическому сообществу, а также в DFG и внутри общества Макса Планка.
Текст вывешу тут, чтобы кто захочет, мог воспользоваться им как "рыбой".

И я считаю, что коли уж речь идет именно о сохранении науки, а не собственной шкуры, то моя прямая обязанность это сделать. Объяснить коллегам, что именно произошло, и что в этом законе написано, мы должны.

Вспоминая известный рассказ Брэдбери, даже если у нас тут от всей Джоконды осталась одна улыбка, она все равно настоящая, и ее стоит спасать. Чиновник ее спасать не будет, ему настоящая улыбка настоящей Джоконды не нужна, его вполне устроит красивая глянцевая репродукция на стене рядом с графиком роста показателей.
Tags: другая академия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 73 comments