leolion_1 (leolion_1) wrote,
leolion_1
leolion_1

Olugatany aja

Авиценна говаривал, будто мы есть то, что мы едим.
Я вчера пошутила. А шутка меня догнала. Или я ее.
 
И правда - беготня в одиночку средь тучных стад мне перестала идти на пользу самым явным образом. То мясо, которое было на мне, бугрилось мускулами и перекатывалось под мягкой песочной шкурой, потратилось на экстремальные нужды метаболизма во время одиночной охоты. Мускулы вытянулись струнами. Шкура стала жесткой, колючей и потеряла свой блеск. И сквозь нее стал просвечивать тяжелый и плотный костяк. Ничего удивительного, это должно было случиться рано или поздно*.
 
Конечно, я не начну питаться сеном и опилками. Но, думаю, пора мне, по крайней мере, на изрядное время прекратить питаться детскими сварами, чужими глупостями и инфантилизмом, маскирующимся под донкихотство. Пора поменять рацион, привести в порядок мускулатуру и отполировать шкуру заново.
 
Итак, Panthera Leo от сего дня сменила место охоты и ушла в другие саванны как минимум до Пасхи**. Она будет появляться на удаленном водопое (один раздел о вспомоществовании и одна ветка об образовании) - и более нигде в тамошних низинах и долинах . Что бы ни было, и какой бы топот и гомон ни развели посреди Серенгети, и сколь бы много больных среди тучных ни оказалось, и сколь бы тучных ни прибавилось вплоть до того, что пастбища окажутся опустошенными и на них уже не будет никакой пищи, ничего, кроме утоптанной в камень и иссушенной солнцем пыли. Что мне надо будет съесть – я отловлю по краям, унесу сюда и тут и пообедаю в тишине и спокойствии. 


 
*Африканский буйвол по праву считается самым агрессивным и опасным животным Африки. Это один из немногих представителей крупного рогатого скота (если вообще не единственный), которого не удалось приручить хоть в малейшей степени и обратить его ценные качества на пользу человеку. Он легко впадает в неудержимую ярость вплоть до потери инстинкта самосохранения. Причиной может быть что угодно, в том числе, и отсутствие всякой причины. 
Стадо африканских буйволов, если оно встревожено и приходит в движение, можно остановить только бомбардировкой с воздуха. Все живое уходит с их пути, когда они перемещаются по саванне плотной стеной, вздымая клубы песка и пыли. Даже семейства слонов – и те уходят. Единственное животное, кроме двуногих с ружьями и копьями, которое следует за стадом по пятам и охотится на африканского буйвола – это африканский лев. 
Но даже ему (то есть, ей – поскольку охотятся обычно львицы прайда, а не его глава) не под силу справится со взрослым самцом в одиночку, потому и на одного буйвола, отделенного от стада, львы охотятся группой. Молодые львы-самцы, которые еще не получили свой прайд и гуляют несколько лет по одиночке или парами со своими братьями, на здоровых буйволов нападают крайне редко, почти никогда, оставляя себе шанс вожделенный прайд все-таки заиметь.
Такое вот травоядное. Хотя нужно признать, что оно очень красиво, сложено безупречно и вылеплено безукоризненно.
 
** Не в последнюю очередь я это делаю потому, что от моего имиджа в том числе зависит очень важное дело. Хотя мой львиный срок годности еще не вышел, срок службы уже достаточно большой. И мне становится все труднее следить за имиджем перед стеной широких лбов, весьма опасно украшенных. Что наглядно иллюстрирует фото в предыдущем посте на эту тему. Тут уж не до имиджа, ясное дело.
Tags: Вести саванны
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments