September 3rd, 2021

savanna life

умный глупому не товарищ

Это пост про виктимблейминг.
Потому что этим виктимблеймингом натурально совершенно задолбали со всех сторон.
Любое указание на то, что между поступком жертвы и его последствиями есть причинно-следственная связь, трактуется как виктимблейминг.
Хотя о вине речь обычно вообще не идет, речь идет об ответственности, а это разные вещи.
Но эта мода на порицание виктимблейминга сделала совершенно невозможной любую аппеляцию к мозгу жертвы, ей надлежит просто смирно лежать водорослью и ждать, пока мимо нее не проплывет кто-то добрый или злой, который или ласково пошевелит плавником поодаль, или обжует ее по периметру.

Я приведу очень простой пример, которым я и поясню все, что я хочу сказать, и то, почему я категорически не принимаю этот нарратив.
Когда я была в третьем классе, я ходила вместе с одной из одноклассниц петь в хоровую студию Дворца пионеров им. Косарева.
В советское время детей в этом возрасте сопровождать в заведения шаговой доступности, которые не требовали общественного транспорта, было не принято. Я уже с первого класса ходила в школу одна, без сопровождения, и в кружки/секции во Дворце - тоже, потому, что он был рядом.  Моя одноклассница тоже приходила во Дворец одна.

И вот, как-то раз после занятий мы с ней пошли в буфет, и на лестнице нас встретил строитель восточного вида, во Дворце тогда шел ремонт в одном крыле. И начал нам предлагать пойти посмотреть котят наверх, под крышу, может быть, мы захотим взять домой какого-нибудь.
Что вы думаете, это МарьСанна сейчас такая умная, хотя и по-прежнему склонна к авантюрам, а тогда (и еще долгие годы спустя) я еще была дура-дурой, которая поддавалась своему йохохо на раз-два.
Котов я обожала уже тогда, любых, за котом я могла бы уйти на край света и без сопровождения строителя.
Я уже двинулась за ним вверх по лестнице, но почувствовала, как меня сзади очень крепко кто-то скватил за одежду и твердым, хотя и детским голосом, сказал, что мы никуда не пойдем, нам не разрешают родители никуда ходить с незнакомыми.
Я попыталась, освободиться, строитель попытался взять меня за руку и сказал, чтобы она уходила, раз ей не интересно, а мы пойдем посмотрим. Но она не отцеплялась, и повторяла, что нам надо спросить разрешения у родителей.
В этот момент кто-то появился на лестнице,  строитель отпустил меня и ушел наверх. Скорее всего, он решил, что наши родители в здании.

Мы с Аней, так ее звали, спустились в гардероб, оделись и пошли домой, я не помню, обсуждали ли мы как-то случившееся или нет.
Но я помню, что через два часа после моего возвращения домой к нам пришла милиция.
Попробуйте догадаться, кто из нас двоих расссказал родителям о том, что случилось.
Да, это была не я.
Родители Ани после разговора с ней позвонили в милицию немедленно.
Меня и маму тоже отвезли в отделение, где меня попросили опознать уже задержанного строителя, он бросался в сторону мамы и вопил, что у него тоже дети. Это было очень страшно, я потому и запомнила этот эпизод. И еще потому, что милиционер стыдил меня за то, что я не слушаюсь родителей. Как вы можете догадаться, мы с Аней слышали дома совершенно одинаковые наставления, но эффект от них оказался разным.

Ане было девять лет. И, скорее всего, Аня тогда спасла мне жизнь.
Нет, Ане не "повезло" в том, что она себя так повела. Она поступила точно так, как ее учили.
Это мне повезло оказаться в этот момент рядом с ней.

Вот это бесконечное склонение виктимблейминга ведет только к одному - к внедрению мысли о том, что вообще нет никакой разницы, как себя вести, умно или глупо, выпадет или красное, или зеро, и тут уж как тебе повезет.

К сожалению для отрицателей очевидного, разница есть, и существенная.